16+
Пятница, 12 июля 2024
  • BRENT $ 85.38 / ₽ 7513
  • RTS1067.47
2 мая 2024, 16:11 Право

Приморский суд взыскал с двоих рыбопромышленников более 17 млрд рублей

Лента новостей

Речь идет о Дмитрии Дремлюге и Олеге Кане. Оба они имеют гражданство и ВНЖ других государств, а вылов водных биоресурсов запрещен для компаний, находящихся под контролем иностранных инвесторов. Эксперты говорят, что без квот, которых их лишили, компании обоих бизнесменов не представляют собой значимых активов

Фото: Юрий Смитюк/ТАСС

Суд Приморья взыскал почти 17,5 млрд рублей с рыбопромышленников Дальнего Востока — среди них один из так называемых крабовых королей Дмитрий Дремлюга.
Сумму сочли соразмерной ущербу водным биологическим ресурсам, который нанесли компании.

В январе стало известно, что Генпрокуратура подала два иска против дальневосточных рыболовных компаний. Первый — почти на 360 млрд — против компаний, аффилированных с бизнесменом-крабодобытчиком Олегом Каном. Второй — против Дмитрия Дремлюги и ряда близких к нему компаний.

Одна из основных претензий к ним — их иностранное гражданство: Дремлюга — гражданин Украины, у Олега Кана — вид на жительство Южной Кореи. Закон запрещает вылавливать водные биоресурсы компаниям, которые находятся под контролем иностранных инвесторов. По данным СМИ, Дремлюга около десяти лет живет за границей, но продолжал вести бизнес в России. Ранее суд признал недействительными договоры о закреплении его квот на добычу краба на Дальнем Востоке. В прошлом году эти квоты уже были проданы по правилам крабового аукциона, говорит гендиректор информагентства Fishnews Эдуард Климов:

— Этот процесс можно комментировать, потому что такое ощущение, что он идет по второму кругу, когда говорят, что крабовые квоты вернутся в Россию, то у него же не было крабовых квот, вообще ноль. У всех их уже отобрали, и в прошлом году мы разыграли с аукциона уже.


— А активы их компаний, они насколько потеряли?

— Активы компаний, что там, судно? Какие там активы? Я думаю, речь идет, наверное, они оценивают какие-то объекты недвижимости, которые либо кановские, либо аффилированные с ним. Но сколько стоит крабовое судно? Оно не стоит таких денег. Ну, у них там 12 судов, 15 судов, но к реальным это не имеет отношения. Если и вести им речь, очевидно, какие-то другие активы, другие, не рыболовные. Рыболовные активы без квот не имеют цены.

— Все-таки о судьбе компаний этих хотелось бы поговорить. Вот эта «Хасан-рыба», «Дальморепродукт» в каком положении сейчас?

— Если у них все отбирают, они ни в каком положении. Но они и до этого ни в каком были.

— Те миллиарды, которые арбитраж удовлетворил, вот с Дмитрия Дремлюги, 17,5 млрд рублей, они по факту не взыщутся ввиду того, что Дремлюга за рубежом?

— Я не могу сказать, какие планы у суда и у судебных приставов. Может, они что-то знают, какое-то имущество аффилированное есть. Но если мы говорим о компаниях, я думаю, вряд ли эти рыболовные компании сумеют закрыть такие суммы. Ни Дремлюга, ни Кан в наше время уже не являются крупнейшими компаниями, это просто журналисты так говорят и следователи. У Кана там оставалось 5 тысяч тонн, у того же Глеба Франка там 15 тысяч тонн, а у остальных по 17 тысяч тонн. О чем говорить, это уже не крупнейшие компании.

С целью возмещения ущерба за незаконный вылов рыбы и краба прокуратура просила арестовать все имущество Дремлюги и связанных с ним компаний. Но сама же оценивала стоимость их чистых активов всего в 1,5 млн рублей.

В прошлом году у бизнесмена уже изъяли часть активов в России: 4 млрд рублей на счетах, загородные участки, множество зданий, рыболовных судов и катеров, напоминает «Коммерсантъ».

Хотя формально компании Дремлюги еще существуют, об их деятельности ничего не слышно, говорит исполнительный директор Ассоциации производственных и торговых предприятий рыбного рынка Александр Фомин:

— Что Дремлюга, что Кан не контролируют основные объемы поставок краба, поэтому что там кто ловит, оно особо сильно влияния на общий рынок не оказывает.

— Вот, я смотрю, «Дальморепродукт», у него там сильные были позиции, в некоторые годы 15% от всего рынка?

— На слуху их давно нет, что у Дремлюги, что у «Дальморепродукта». Либо они уже продали бизнес, я не в курсе, либо просто не ловят. Они точно погоды не делают на крабе в последний год.

— А правильно понимаю, что у крабодобывающих предприятий самое главное — это квоты, без квот, какими бы они активами ни располагали, какие бы им миллиарды, сколько бы это ни стоило, самое главное это наличие квоты, конечно?

— Действительно, если нет квот, то и ловить невозможно, какие бы у тебя суда ни были. Но, с другой стороны, если у тебя есть квота, но нет судна, то, соответственно, ты тоже не можешь ловить. Поэтому это вещи, которые одна другую дополняют.

Защита компаний, упомянутых в иске Генпрокуратуры, настаивает на том, что они не связаны с Дмитрием Дремлюгой.

Против Дремлюги и Кана в России заведен ряд уголовных дел. В апреле суд заочно признал Олега Кана виновным в организации убийства, совершенного в 2010 году. При этом его защита заявила, что бизнесмен умер в Великобритании еще год назад, но прокуратура отказалась принимать во внимание предоставленное адвокатами иностранное свидетельство о его смерти.

Рекомендуем:

Фотоистории

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию